* МЫ ИСПОВЕДУЕМ ПРИНЦИПЫ ГРАЖДАНСКОГО ОБЩЕСТВА * МЫ ИСПОВЕДУЕМ ПРИНЦИПЫ ГРАЖДАНСКОГО ОБЩЕСТВА * МЫ ИСПОВЕДУЕМ ПРИНЦИПЫ ГРАЖДАНСКОГО ОБЩЕСТВА * МЫ ИСПОВЕДУЕМ ПРИНЦИПЫ ГРАЖДАНСКОГО ОБЩЕСТВА * МЫ ИСПОВЕДУЕМ ПРИНЦИПЫ ГРАЖДАНСКОГО ОБЩЕСТВА    Мы в facebook,
присоединяйся!      Сайт 
газеты

Вечір Стуса організували краєзнавці Дружківки

Модераторы: slc, Краевед, Светлана

Аватара пользователя
Козарлюга
Семьянин форума
Семьянин форума
 
Сообщения: 2754
Зарегистрирован:
Вт янв 25, 2011 00:31

Вечір Стуса організували краєзнавці Дружківки

Сообщение Козарлюга » Ср янв 26, 2011 01:00

«Усе життя йшов він до свого народу»

Аліна КОЛЕСНИК, учениця 11-­А класу


До дня народження нашого земляка, поета Василя Стуса у бібліотеці селища Олексієво – Дружківки відбулася зустріч учнів загальноосвітньої школи №14 з членом Національної спілки журналістів і спілки митців народної творчості Огнєвою Людмилою Радіонівною та членом Національної спілки письменників України Юрієм Тимофійовичем Доценком, яку організував член Національної спілки краєзнавців України Шаповалов Євген Олексійович.

З повагою та любов’ю розповідали гості про борця і патріота, «якому сховатись од долі не судилось», учні декламували вірші поета-шестидесятника, з диска лунав живий голос Василя Стуса.

Ми з великою цікавістю слухали про Людину, яка відважно і самозречно виступала за високі ідеали Добра, Правди, Справедливості, Гуманізму, за національну гідність і самостійність українського народу. Василь Стус полонить нас своєю безприкладною стійкістю, беззавітною вірою в нові часи.

Стискається серце, коли розумієш, що найбільшим злочином поета стало те, що він був українцем (просто справжнім українцем!), любив свою мову і землю. Стуса ще за життя визнав літературний світ. Поволі визнає його і мала батьківщина, до якої з такими труднощами повертається духовна просвітленість і великий творчий набуток одного з найчутливіших, найтонших, найстражденніших ліриків нашого часу.

Твори Василя Стуса стали потужним носієм духовної сили нашого народу впродовж віків, їх емоційний заряд передається нам, сучасному поколінню, і сприяє вихованню любові до рідного народу, шанобливого ставлення до України, її героїчного минулого.

Отож, читаймо Василя Стуса! Прислухаймось до нього. Може, нам вдасться глибше збагнути його, світ, самих себе?


Материал размещен на сайте 25 января, 2011, в рубрике Наша жизнь. Опубликован в газете"№3 19 января 2011г"

Аватара пользователя
Козарлюга
Семьянин форума
Семьянин форума
 
Сообщения: 2754
Зарегистрирован:
Вт янв 25, 2011 00:31

Re: Вечір Стуса організували краєзнавці Дружківки.

Сообщение Козарлюга » Ср янв 26, 2011 01:07

Цінність цього заходу в тому, що в ньому брали участь діти.
А Василь Стус наш земляк, донеччанин, людина з нашого краю.
Діти вивчили важкі й дуже складні вірші поета, розказали про його долю. А це ж діти Донбасу.
Я нещодавно був у Львові, так там один студент на моє запитання щодо Стуса, сказав, що не знає хто це такий.
От вам Схід і Захід...

Аватара пользователя
Козарлюга
Семьянин форума
Семьянин форума
 
Сообщения: 2754
Зарегистрирован:
Вт янв 25, 2011 00:31

Re: Вечір Стуса організували краєзнавці Дружківки.

Сообщение Козарлюга » Ср мар 16, 2011 00:04

Гибель Василя Стуса

Василь Овсиенко, лауреат премии им. В.Стуса, побратим нашего земляка Олексы Тыхого.
Изображение
На фото автор статьи - Васыль Овсиенко.

25 лет тому, ночью с 3 на 4 сентября 1985 года, в карцере лагеря особого режима ВС-389/36 в с. Кучино Чусовского района Пермской области (Россия), погиб поэт и правозащитник Василь Стус.
Об обстоятельствах и причинах смерти кандидата на Нобелевскую премию свидетельствует и размышляет тогдашний узник этого «лагеря смерти» Василий Овсиенко.

Прежде всего, что это за стыдливое название такое – «учреждение ВС-389/36»? Советская власть вообще стыдилась некоторых терминов, потому, например, называла своих противников не политическими заключенными, а «особо опасными государственными преступниками». В тюремном быту «гражданин осужденный» должен был обращаться к надзирателю «гражданин контролер».
История этого последнего заповедника ГУЛАГа короткая. С 1 марта 1980 по 8 декабря 1987 года через него прошло всего 56 узников. Обычно их здесь содержали до 30 человек. Это «учреждение» вскоре стало известно в мире как «лагерь смерти», так как 8 его узников погибли. В том числе члены Украинской Хельсинкской группы Алексей Тихий (27.01.1927 – 5.05.1984), Юрий Литвин (26.11.1934 – 5.09.1984), Валерий Марченко (16.09. 1947 – 7.10.1984), Василь Стус (6.01.1938 – 4.09.1985).

Собственно, только Стус умер непосредственно в Кучино, а первые трое – по тюремным больницам. В 70-х годах в «несуществующих» политических лагерях, тюрьмах, психиатрических больницах и на ссылках находилось не так много людей – всего несколько тысяч. Это не сталинские времена, когда в заключении находились миллионы людей. Политические лагеря были сосредоточены в управлении «Дубравлаг», в Мордовии. Но из этих лагерей стало выходить в «большую зону» и за границу слишком много информации. Поэтому КГБ решил разрушить каналы ее выхода радикальным способом: перевезти наиболее активных политзаключенных подальше от центра. Выбрали Скальнинское управление лагерей, в Пермской области, на среднем Урале. Благо здесь лагеря случались чаще, чем деревни.
13 июля 1972 года в условиях сверхсекретности (даже конвоиры были одеты в спортивные костюмы) на станцию Чусовская прибыл первый эшелон с пятьюстами мордовскими узниками строгого режима. В дороге он был трое суток. Двигался ночами. Днем узники изнемогали в раскаленных вагонах-“столыпинах” (в то знойное лето горели леса и торфяники). Теряли сознание. Один умер. Кое-кто, выгрузившись, не мог устоять на ногах. Их разместили в освобожденных от уголовников зонах ВС-389/35 (ст. Всехсвятская, пос. Центральный), 36 (с. Кучино), 37 (с. Половинка).
Еще один большой этап мордовских узников строгого режима прибыл на Урал летом 1976 года. Наконец, 1 марта 1980 года в Кучино были перевезены из Сосновки, из Мордовии, 32 узника особо строгого режима. Снова один в дороге умер. Среди этапованных были члены Украинской Хельсинкской Группы Левко Лукьяненко, Олесь Бердник, Алексей Тихий, Богдан Ребрик, Данило Шумук. Под новое «учреждение особо строгого режима ВС-389/36-1» приспособили деревянное помещение бывшей пилорамы, находившейся в нескольких сотнях метров от зоны строгого режима.
В разное время и в разных камерах здесь содержались, кроме уже упомянутых, члены Украинской Хельсинкской Группы Иван Кандыба, Виталий Калиниченко, Михайло Горынь, Иван Сокульский, Валерий Марченко, Петро Рубан, Микола Горбаль, иностранные ее члены эстонец Март Никлус и литовец Викторас Пяткус, которые вступили в УХГ в труднейшее время – в 1982 году. Здесь прошли и мои 6 лет жизни. Рядом, на строгом режиме, сидел Председатель Группы Микола Руденко. Всего 18 человек. Нигде и никогда не собирались мы в таком количестве, разве что на торжественном собраниях по случаю 20-летия, 25-ти и 30-летия Группы.
Здесь сидели также украинцы Иван Гель, Василь Курило, Семен Скалич (Покутник), Григорий Приходько, Николай Евграфов. Как и в каждом политическом концлагере, украинцы составляли большинство его «контингента». Но в этом настоящем «интернационале» провели много лет литовец Балис Гаяускас, эстонцы Энн Тарто и Март Никлус, латвиец Гунар Астра, армяне Азат Аршакян и Ашот Навасардян, русские Юрий Федоров, Леонид Бородин. Большинство из этих людей были известными правозащитниками и деятелями национально-освободительных движений, а освободившись - стали политиками и общественными деятелями. У советской же власти они были особо опасными рецидивистами или особо опасными государственными преступниками, которым смертную казнь заменили на 15 лет заключения (здесь было несколько обвинённых в сотрудничестве с немецкими оккупантами, один – в шпионаже).

(продолжение следует...)

Аватара пользователя
Козарлюга
Семьянин форума
Семьянин форума
 
Сообщения: 2754
Зарегистрирован:
Вт янв 25, 2011 00:31

Re: Вечір Стуса організували краєзнавці Дружківки.

Сообщение Козарлюга » Ср мар 16, 2011 00:07

Продолжение:

Фактически это был не лагерь, а тюрьма сверхжестокого режима содержания. Если в уголовных лагерях рецидивистов выводили в цеха рабочей зоны, то мы работали в камерах через коридор. Прогулку нам предоставляли на один час в обшитом жестью дворике 2 на 3 метра, сверху обнесенном колючей проволокой, а на помосте – надзиратель. Из наших камер было видно только забор, находящийся в 5 метрах от окна, и полоска неба. Заборов разного типа семь, в том числе из досок, колючей проволоки, мотаной проволоки под напряжением. В периметре запретная зона составляла 21 метр. Питание наше стоило 24-25 рублей в месяц, вода ржавая и вонючая, потому что помещение стоит на болоте: подкоп невозможен. Мы стрижены, вся наша одежда из полосатой ткани. Свидание нам положено одно в год, посылка до 5 кг – одна в год после половины срока, да и той старались лишить. Кое-кто из нас годами не видел никого, кроме сокамерников и надзирателей. Работа – прикручивать к шнуру утюга деталь, в которую вкручивается лампочка. Работа не трудная, но ее много: невыполнение нормы, как и любое нарушение режима, наказывалось карцером (до 15 суток), лишением свидания, посылки, ларька (ежемесячно разрешалось дополнительно купить продуктов на 4-6 рублей). «Злостных нарушителей режима» наказывали заключением в одиночке на год, переводом на тюремный режим до трех лет.
Во времена Генерального жандарма Андропова, 1983 году, в Уголовный кодекс была введена статья 183-3, по которой систематические нарушения режима наказывались дополнительными пятью годами заключения – уже в уголовном лагере (Владимирский централ, позже Чистополь). Так что открывалась перспектива пожизненного заключения, в частности – быстрой расправы руками уголовников.
Тем не менее, труднее всего было выдерживать психологическое давление. Если в сталинские времена, когда истреблялись целые категории населения, непригодные для строительства коммунизма, брошенным на превращение в лагерную пыль человеком власть больше не интересовалась, то в наше время вынесенный судом приговор не был окончательным. В наше время уже редко кто попадал в политические лагеря «ни за что». Это были активные люди, которые, освободившись, могли восстать снова. Поэтому власть пристально следила за каждым, определяла значимость личности, ее потенциальные возможности – и соответственно к ней относилась.
Это была своего рода экспертиза: изучали тенденцию развития (или упадка) той или иной личности и принимали превентивные меры, чтобы из нее не выросла еще большая опасность. С этой точки зрения Василь Стус в самом деле представлял особую опасность для существующего строя. Он, вместе с другими диссидентами, действительно подрывал власть коммунистов. И она таки упала – исчерпав свои экономические возможности, не выдержав военного противостояния с Западом, потерпев идеологический крах. Мы боролись на этом фронте – идеологическом. И победили.
Впервые Стус был арестован по обвинению в проведении «антисоветской агитации и пропаганды» (ст. 62, ч. 1 УК УССР) 12 января 1972 года. Тогда ему инкриминировали 14 стихов и 10 статей правозащитного характера. Отбыв 5 лет заключения в Мордовии и 3 года ссылки на Колыме, вторично Василь Стус был арестован в Киеве 14 мая 1980 года во время «олимпийского набора»: Москву и Киев, где проходила часть игр, очищали от нежелательных элементов, в том числе от уцелевших диссидентов, которые сплачивались в Хельсинкских группах. Стус после первого заключения задержался в Киеве всего на 8 месяцев. (Тогда шутили, что диссиденты бывають трех видов: досиденты, сиденты и отсиденты – они же снова досиденты).

(продолжение следует...)

Аватара пользователя
Козарлюга
Семьянин форума
Семьянин форума
 
Сообщения: 2754
Зарегистрирован:
Вт янв 25, 2011 00:31

Re: Вечір Стуса організували краєзнавці Дружківки.

Сообщение Козарлюга » Ср мар 16, 2011 00:09

Продолжение:

О своей готовности вступить в Группу, несмотря на несколько критическое к ней отношение, он неоднократно писал из ссылки, начиная с октября 1977 года. Однако его фамилию киевляне предусмотрительно не ставили под документами Группы. Но когда Стус в августе 1979 года возвратился в Киев, то удержать его уже не мог никто: даже уцелевшая пока Оксана Яковлевна Мешко посматривала на его фигуру снизу вверх.
“В Киеве я узнал, что людей, близких к Хельсинкской группе, репрессируют наиболее грязным образом. Так, во всяком случае, судили Овсиенко, Горбаля, Литвина, так погодя расправились с Чорноволом и Розумным. Такого Киева я не хотел. Видя, что Группа фактически оставлена на произвол судьбы, я вступил в нее, потому что не мог иначе. Если жизнь отобрана – в крохах не нуждаюсь... Психологически я понимал, что тюремная брама уже открылась для меня, что днями она закроется за мной – и закроется надолго. Но что я должен был делать? За границу украинцев не выпускают, да и не очень уж хотелось за ту границу: кто же здесь, на Великой Украине, станет гласом возмущения и протеста? Это уже судьба, а судьбу не выбирают. Ее принимают – какая она ни есть. А если не принимают, тогда она насильно выбирает нас... Но голову склонять я не собирался, несмотря ни на что. За мной стояла Украина, мой угнетённый народ, честь которого я вынужден отстаивать до смерти”. (“Из лагерной тетради”. 1983).

(Продолжение следует...)

Аватара пользователя
Козарлюга
Семьянин форума
Семьянин форума
 
Сообщения: 2754
Зарегистрирован:
Вт янв 25, 2011 00:31

Re: Вечір Стуса організували краєзнавці Дружківки.

Сообщение Козарлюга » Ср мар 16, 2011 00:10

Продолжение:

Со стандартным приговором (уже по ч. 2 ст. 62) – 10 лет лагерей особого (то есть, камерного) режима, 5 лет ссылки и известным «почетным» титулом «особо опасный рецидивист» Василь Стус прибыл в Кучино в ноябре 1980 года. Здесь за ним следили особо. Если большинство написанного на строгом режиме в Мордовии Стус как-то сумел переслать на волю, в том числе кое-что в письмах (иногда писал стихи в сплошную строку и заменял неудобные для цензуры слова тюрма – юрма, колючий дріт – болючий світ, Україна – батьківщина), то с Урала отослать в письме стихотворение было практически невозможно. Проскочило всего несколько. Разрешалось писать одно письмо в месяц. Так уже его вылизываешь – а все-таки найдут «недозволенную информацию», «условности в тексте», или просто – «подозрительно по содержанию». И конфискуют. Или посылают твое письмо на перевод в Киев, а потом решают, отсылать ли его адресату. Предлагали: «Пишите на русском – скорее дойдет». А как это родной матери или ребенку писать на чужом языке?
Получать письма можно было от кого угодно, на самом же деле отдавали только некоторые письма от родных. В последние недели жизни Стусу пришла телеграмма от жены о рождении внука Ярослава. Майор Снядовський вызвал Стуса в кабинет, поздравил и зачитал часть телеграммы, но в руки не дал: недозволенная информация. Это очень возмутило Стуса.
Обыски. Их проводили два-три раза в месяц, но были периоды, когда узника могли обыскать несколько раз в день. В камере можно было держать 5 книг, брошюр и журналов, вместе взятых. Остальные – выноси в каптерку. А ведь каждый подписывает журналы, газеты, старается над чем-нибудь работать, хотя бы изучать иностранный язык. Это уже надо держать словарь и учебник. Но режим неумолимый: «лишние» книги выбрасывают в коридор.
Мы брали на работу бумажки с иноязычными словами, чтобы изучать их (Стус владел немецким, английским, с помощью Марта Никлуса изучал французский). Бумажки отбирали. Выводя на работу, заведут в свою «дежурку» – и раздевайся наголо. Перещупают каждый рубчик, заглянут в каждую складку тела. Как теперь слышу полный боли голос: «Щупают тебя, как курицу...». Такой реплики было достаточно, чтобы загреметь в карцер.
Особенно следили, когда приближалось свидание. Если в КГБ решили не предоставлять свидания, то лишить его – дело техники: надзирателям дается задание найти нарушения режима. Говорил через форточку с соседней камерой. Не выполнил норму выработки. Объявил незаконную голодовку. Начальник режима майор Федоров находил пыль на вешалке. Тот же Федоров подверг наказанию Балиса Гаяускаса за то, что «в разговоре не был откровенным». А если бы откровенно сказал, что о нем думаешь, – было бы еще большим нарушителем режима. Стус получил в Кучино только одно свидание. Когда вели на второе – он не выдержал унизительной процедуры обыска и вернулся в камеру.
Стуса особенно стали «прессовать» с 1983 года. В его день рождения, то есть на Рождество Христово, подвергли обыску. Забрали рукописи. Со временем Стус зовет дежурного, майора Галедина, чтобы вернули рукописи или составили акт об изъятии.
– А кто взял?
– Тот новый майор, не знаю его фамилии. Тот татарин.
Составлен рапорт, что Стус оскорбил национальное достоинство майора Гатина. Хотя он в самом деле ярко выраженный татарин, но, наверное, уже записался в высшую расу – «великий русский народ». Стуса бросают в карцер. Одновременно бросили в карцер и эстонца Марта Никлуса:
– Стус, где ты?
– В какой-то душегубке! Имени Ленина-Сталина! И Гатина-татарина!
В коридоре включают громкоговоритель. Позже Василь, энергично закручивая механической отверткой винтики, импровизирует: «За Леніна! За Сталіна! За Гатіна-татарина! За Юрія Андропова! За Ваньку Давиклопова! І зовсім помаленьку за Костю, за Черненку. Бо як ти його в риму вбгаєш?».
Однажды я слышал, как Стус разговаривал с кагебистом Ченцовым Владимиром Ивановичем:
– Говорите, что положили мои рукописи в склад за зоной. Но я знаю, что вы хотите, чтобы от меня ничего не осталось, если я погибну... Я уже не пишу своё, только перевожу. Так дайте мне возможность хотя что-нибудь доделать...
Кто мог в неволе не писать – тому было легче. Художник же, говорил сокамерник Юрий Литвин, похож на женщину: если у него зреет творческий замысел, то он должен разродиться произведением. И как матери тяжело видеть, что уничтожают ее ребенка, так и художнику, когда уничтожают его творение. А особенно если вырывают твое дитя из утробы недоношенным и растаптывают грязными надзирательскими сапогами...
В феврале 1983 года Стуса бросили в одиночку на год. Когда он вышел оттуда, то нас с ним свели в 18-й камере примерно на полтора месяца. Я перечитал его толстую самодельную тетрадь в голубой обложке с несколькими десятками стихов, написанными верлибром, и тетрадь в клеточку с переводами 11 элегий Рильке. Тогда я был в тяжелом состоянии (сердце болело) и не смог выучить ни единого стихотворения, чего себе до сих пор простить не могу. Да и не думал, что нас так быстро разведут.
В последних письмах этот сборник Василь называет «Птица души» и пишет, что было там до 300 стихов и столько же переводов. Та «Птица» не вылетела из-за решетки. Это ещё одно преступление российского империализма против украинской культуры… И не будем утешать себя сладкой сказочкой, что рукописи не горят. Михайлина Коцюбинская говорит, что творчество Стуса – как дерево с обрубленной вершиной. От пяти его кучинских лет осталось всего 44 письма, несколько стихотворений и текст, названный в изданиях «Из лагерной тетради», о котором речь дальше.

(Продолжение следует...)

Аватара пользователя
Козарлюга
Семьянин форума
Семьянин форума
 
Сообщения: 2754
Зарегистрирован:
Вт янв 25, 2011 00:31

Re: Вечір Стуса організували краєзнавці Дружківки.

Сообщение Козарлюга » Ср мар 16, 2011 00:12

Продолжение:

...В октябре 2000 года я в очередной раз ездил в Кучино на научную конференцию по вопросам тоталитаризма. А также как живой экспонат Мемориального музея истории политических репрессий и тоталитаризма “Пермь-36”, который с 1995 года действует в нашем до боли родном концлагере. (В этом 2010 году, как известно, меня туди не пустили, сняли с поезда в Брянске как лицо, нежелательное в Российской Федерации). И встретился я там тогда со своим сокамерником литовцем Балисом Гаяускасом и его женой Иреной Гаяускене.
Я показал Балису и Ирене ксероотпечаток рукописи Василя Стуса. И госпожа Ирена сказала:
– Это же я вынесла...
Балис добавил:
– В Мордовии было легче. Оттуда многие выносили информацию. Но они нас и вывезли из Мордовии потому, что там были каналы. В 1980 году, когда нас вывозили из Мордовии на Урал, кто-то спросил начальника лагеря Некрасова, куда нас вывозят. Он ответил: «Вас везут туда, где вы не будете писать».
Итак, Стус писал и там, где писать уже было преступлением. Тем более такие вещи, как «Из лагерной тетради». Эти 16 листочков занимают в книге 12 страниц, но их взрывная сила была такой, что погубила и самого Василя. Я считаю, что одной из причин его уничтожения было появление в печати на Западе этого текста.
Вторая причина – подготовка к выдвижению его творчества на соискание Нобелевской премии. Стихи Василя Стуса публиковались за границей. Мир видел уровень таланта украинского поэта не через призму диссидентства, а как художественное явление. Зарубежная украинская общественность в конце 1984 года создала в Торонто «Международный комитет для достижения литературной награды Нобеля Василию Стусу в 1986 году». Комитет разослал письма лауреатам Нобелевской премии и выдающимся людям с просьбой о выдвижении, готовил переводы. Говорили, что к этому причастен Генрих Бёлль, лауреат Нобелевской премии 1972 года и президент Международного ПЕН-клуба (1971-1976). Да, он защищал Стуса, но его документа о выдвижении не существует. Очень возможно, что премия Стусу была бы присуждена. Но не так думала Москва, хотя уже началась перестройка и в Кремле сидел реформатор Михаил Горбачев...
В 1936 году в похожей ситуации оказался Адольф Гитлер. Тогда Нобелевскую премию присудили немецкому публицисту Карлу фон Осецкому. Но он сидел в концлагере. Гитлер распорядился его выпустить.
Москва же разделалась с украинским кандидатом на Нобелевскую премию по сталинскому завету: «Нет человека – нет проблемы». Ведь Нобелевскую премию присуждают только живым...
Как это было? Я уже подчеркивал, что в тюрьме мало что видишь, но по звуками определяешь, что происходит. Летом 1985 года Василь Стус лишь ненадолго выходил из карцера и сидел в камере № 12 с Леонидом Бородиным (русский писатель, ныне главный редактор журнала «Москва»). Камера маленькая, раскинешь руки – и достанешь стены. Двойные нары, две табуретки, тумбочка одна на двоих и параша. На нарах можно находиться лишь 8 часов в сутки. Сидеть на них в иное время – нарушение режима.

(Окончание следует...)

Аватара пользователя
Козарлюга
Семьянин форума
Семьянин форума
 
Сообщения: 2754
Зарегистрирован:
Вт янв 25, 2011 00:31

Re: Вечір Стуса організували краєзнавці Дружківки.

Сообщение Козарлюга » Ср мар 16, 2011 00:15

Изображение

Барак лагеря особого режима ВС-389/36. С 1 марта 1980 по 7 декабря 1987 года через него прошли 56 узников, в числе которых были Олесь Бердник, Мыкола Горбаль, Мыхайло Горинь, Виталий Калиниченко, Иван Кандыба, Юрий Литвин (умер в больнице п. Чусовой 4 сентября 1984 г.), Левко Лукьяненко, Валерий Марченко (умер в тюремной больнице г. Ленинграда 7 октября 1984 г.), Василь Овсиенко, Богдан Ребрик, Петро Рубан, Иван Сокульський, Олекса Тихий и др.

Аватара пользователя
Козарлюга
Семьянин форума
Семьянин форума
 
Сообщения: 2754
Зарегистрирован:
Вт янв 25, 2011 00:31

Re: Вечір Стуса організували краєзнавці Дружківки.

Сообщение Козарлюга » Ср мар 16, 2011 00:23

Изображение
Карцер № 3, в котором погиб Василь Стус.

Окончание:

Задним числом мы вспоминали и сравнивали все детали. Вспомнили, что ночью с 4 на 5 сентября в коридоре послышался веприный рык надзирателя Новицкого: «Давай нож!» Это они уже запускали версию, что Стус повесился в рабочей камере на шнуре. Кухне приказали приготовить трехсуточную пайку, будто кто-то уходит на этап. Но ее так не взяли. Да и никогда в Кучино на этап ничего не выдавали: пайку мы получали в Перми. Через уголовника Вячеслава Острогляда пытались запустить версию о самоубийстве в карцере № 3 заостренной заточкой. Но ни шнур, ни заточка никак не могли попасть в карцер: Стуса очень тщательно обыскивали. Левко Лукьяненко хорошо запомнил, что в его 7-й рабочей камере, куда будто бы выводили Стуса на работу, во вторую смену никто не работал. Он замечал, как оставлял детали на столе. Ничто не было нарушено.
При эксгумации 17 ноября 1989 года мы не заметили никаких повреждений головы и шеи. Лицо не было искажено. Только носовой хрящ провалился. Да, собственно, это процедура проходила в таком напряжении, что нам не до осмотра было.
Я не отдаю преимущества ни одной из двух моих версий. Тайну гибели Василя Стуса знают исполнители. Некоторые из них неслучайно вскоре умерли. Знают заказчики, и некоторые из них до сих пор живы. Но они в своем преступлении не сознаются.
Но в одном я уверен: это был приказ Кремля: не допустить, чтобы украинец стал лауреатом Нобелевской премии. Да еще и в камере.
Однажды ночью солдат-охранник на вышке громко пел. Бородин поднялся, нажал кнопку звонка, вызвал надзирателя и попросил позвонить солдату, чтобы не мешал спать. Назавтра оказалось, что это Стус разбудил всю тюрьму – и его бросили в карцер на 15 суток. Бородин ходил обьясняться к начальнику лагеря майору Журавкову – но у него другая задача: уничтожить Стуса.
Через несколько дней после карцера, а именно 27 августа 1985 года, – новая напасть. Стус взял книжку, положил ее на верхние нары и так читал, оперевшись на нары локтем. В дверной глазок заглянул прапорщик Руденко: «Стус, нарушаете форму заправки постели!». Стус занял другую, разрешенную позу. Но дежурный офицер старший лейтенант Сабуров, Руденко и еще один надзиратель составили рапорт: Стус в рабочее время лежал на нарах в верхней одежде и на замечание гражданина контролера вступил в пререкания. 15 суток карцера. Выходя из камеры, Стус сказал Бородину, что объявляет голодовку. «Какую?» – «До конца».
В 1983 году было так, что Стус держал голодовку 18 суток. Говорил мне потом: «Как это гадко – выходить из голодовки, так ничего и не добившись. Больше я так делать не буду». Это был человек слова.
Карцера находились в северной части барака, в поперечном коридорчике. Стуса содержали в третьем, на углу, ближайшем к вахте. Оттуда до нас не доходили никакие звуки. 2 сентября мы в рабочих камерах слышали, что Стуса водили к какому-то начальству. Возвращаясь оттуда, он в коридоре умышленно громко повторял: «Накажу, накажу... Да хоть и уничтожьте, гестаповцы!» Так он извещал нас, что ему грозили новым наказанием.
Эстонец Энн Тарто вечером выносил готовую продукцию (шнуры) из камер и разносил работу на завтра. 3 сентября он услышал, что Стус просит валидол. Надзиратель ответил, что нет врача. Тогда Энн сам сказал врачу Пчельникову, и тот дал Стусу валидол.
В противоположном конце того коридорчика, напротив, в рабочей камере № 7, работал в дневную смену Левко Лукьяненко. Если не слышно было шагов надзирателя, Левко кричал: «Василь, здравствуй!» Или: «Ахи!». Василь откликался. Но 4 сентября он не откликнулся. Вместо того около 10-11 часа Левко услышал, что в коридорчик запасным ходом зашло начальство. Он узнал голоса начальника лагеря майора Журавкова, начальника режима майора Федорова, кагебистов Афанасова, Василенкова. Открывали дверь, о чем-то потихоньку говорили. А потом – какая-то необычная тишина. «Даже та язычница не хохотала», – вспоминал Левко. Это мастерица.
На протяжении нескольких дней мы по разным поводам записываемся на прием к начальству. Нет врача Пчельникова. Нет кагебиста Василенкова. Нет майора Журавкова. Обязанности начальника исполняет майор Долматов, замполит. На вопрос о Стусе отвечает: «Мы не обязаны рассказывать вам о других заключенных. Это не ваше дело. Его здесь нет».
Еще теплилась надежда, что Стуса отвезли в больницу на станцию Всехсвятская. Но в конце сентября меня самого отправили туда. Держат одного, но все же я узнал, что Стуса здесь не было. Может, повезли куда-то дальше? 5 октября вызывают меня два кагебиста – какой-то местный (похоже на Зуев или Зубов) и Илькив Василий Иванович, который приехал из Киева. В разговоре с ними я называю всех умерших в Кучино, в том числе Стуса.
– Ну, Стус... Сердце не выдержало. С каждым может случиться.
Тут и мое сердце упало...
Так, ми відходимо, як тіні, і мов колосся з-під коси,
в однім єднаєм голосінні свої самотні голоси.
Не розвиднялося й не дніло, а тільки в пору половінь
завирувало, задудніло, як грім волання і велінь.
Та вилягаючи в покосах під ясним небом горілиць,
ми будимо многоголосся барвистих світових зірниць.
Народжень дибиться громаддя, громаддя вікових страстей,
а Бог не одведе очей від українського свічаддя.
То не одне уже світання, тисячоліття не одне,
як ув оазі безталання нас душить, підминає, гне...
Як тавра нам віки, як рана, прости ж, мій Боженьку, прости,
коли завзяття безталанне не винести, не донести.
Та віщуни знакують долю – ще розчахнеться суходіл,
і хоч у прірву, хоч на волю – об обрій кулаки оббий.
Ти ще побачиш Україну в тяжкій короні багряній.
На тихі води і на ясні зорі
паде лебідка білими грудьми.
Вдар, блискавко, і, громе, прогрими,
аби вже не простерти крил – у горі.
Зелені села, білі городи, і синь-ріка, і голуба долина,
і золота, як мрія, Україна кудись пішла, лишаючи сліди.
Отут спинюся на самотині – там, де копита коня вороного
розбризкують геть ярі іскри יдного днів.
...Враз ослонилася дорога, що при самій урвалася меті.
Это весьма возможно, что смерть наступила от сердечного приступа. Но не забудем, что Стус держал голодовку в холодном карцере. На нем были только куртка, брюки, трусы, майка, носки и тапочки. Постель не выдается. Разве что тапочки положишь под голову. Температура тогда днем едва ли достигала 15 градусов. Солнце в тот карцер не заглядывает. Утром в своей 20-й камере мы с Балисом Гаяускасом видели лед на оконных стеклах. А у Стуса же не было одеяла. И энергии, чтобы согреться, не было... Лукьяненко переживал подобные ситуации и описал их в очерке «Василь Стус: последние дни» (Не дам загинуть Україні! К.: Изд.. «Софія», 1994. – С. 327 – 343). Это психологически достоверный очерк, тем не менее я должен предостеречь, что Лукьяненко отчасти моделирует поведение Стуса и события вокруг него. Ведь он не был рядом.
Жене Валентине Попелюх администрация вынуждена была сообщить о смерти мужа. Она заказала цинковый гроб и собралась в дорогу с сестрой Александрой и подругой Ритой Довгань. В аэропорту «Борисполь» им категорически посоветовали не брать гроб: тело не отдадут. Из Москвы приехал сын Дмитро, который служил тогда в армии. 7 сентября майор Долматов сказал им: «Ну что же, пройдем на кладбище». И привез их на только что засыпанную могилу.
... 24 февраля 1989 года 46-летний майор Долматов лег рядом со Стусом, всего за несколько могил. А майор Журавков умер через дней 10 после Стуса. Журавков-младший, лейтенант-оперативник, которого мы называли «наследственный принц», летом 1987 года утонул в реке Чусовая. Все это вызывет серьезные сомнения, в самом деле ли смерть Стуса наступила вследствие сердечного приступа.
В одном из карцеров (Балис говорит, что в 6-м) сидел тогда Борис Ромашов, родом из Горького. Он убийца, «ставший на политическую платформу». Во второй раз его посадили за примитивные антисоветские лозунги, которыми он исписал свой паспорт и военный билет и бросил их во двор военкомата. Хотя говорил, что у него есть справка о психопатии, но все-таки ему дали 9 лет заключения и 5 ссылки. У него был конфликт со Стусом: замахивался в рабочей камере механической отверткой. Стус занял оборонительную позицию – и тот не посмел. Обоих посадили на 5 суток. А Балиса Гаяускаса за год до конца срока Ромашов пытался убить, нанеся ему несколько ударов механической отверткой по голове и в грудь. Балис упал под стол, поэтому лезвие пошло наискось, не достав сердца. За этот поступок Ромашова наказали лишь карцером, но кагебист носил ему туда чай.
На нашей встрече в октябре 2000 года Б.Гаяускас высказал мысль, что Ромашова могли послать убить Стуса... Но в октябре 1985 года Энн Тарто сказал мне, что будто бы Ромашов слышал, как вечером, во время отбоя, Стус застонал: «Убили, холера...». Через несколько месяцев я имел возможность спросить Ромашова, подтверждает ли он, что слышал стон Василя. – «Я об этом не хочу говорить».
А могло быть и так. Во время отбоя надзиратель говорит карцернику: «Держи нары». Так как они держатся на штыре. Надзиратель из коридора сквозь стену вынимает штырь – и нары падают вниз. Под ними приколочена к полу табуретка, на которой только и можно сидеть. Надзиратель мог неожиданно выдернуть штырь – и нары ударили Стуса по голове...

Аватара пользователя
Козарлюга
Семьянин форума
Семьянин форума
 
Сообщения: 2754
Зарегистрирован:
Вт янв 25, 2011 00:31

Re: Вечір Стуса організували краєзнавці Дружківки

Сообщение Козарлюга » Чт мар 24, 2011 23:48

ВАСИЛЬ ОВСІЄНКО

“ТА Й ЗНАКОМИ ТІ ДАТИ МЕНІ ПРОСТАВИВ ХТОСЬ!”

Відомий всім є вислів “у віці Христа”. Та для Василя Стуса знайшлось інше, але дуже влучне, визначення його земного віку.
Василь Овсієнко: “Породивши його на Різдво Христове року Божого 1938, у найжахливішу годину нівечення нас, як народу, Мати Їлина не одчаялася записати його цим великим днем, але давши йому ім’я Василь, закарбувала підсвідомий потяг до конче неохідної нам, щоб жити, державности, бо ім’я це грецькою означає “володар”.
В останній рік свого, ба, шевченківського земного віку він питався в камері у глибоко віруючого діда Семена-Покутника:
– А що то є чоловікові – народитися на таке велике свято?
– То є додаткова ласка Божа, щастя, – казав дідо. – Але кому багато дається, з того багато й спитається.
Він знав собі ціну, кажучи: “Кирея слави лопотить на вітрі”, але в хвилину смутку мовив:
– Якщо нас коли-небудь і згадають, то як таких, що в годину люту посміли залишитися самі собою. І десь там маленькими літерами напишуть, що той і той ще й вірші писав …
Хто зна, який більший із його подвигів: вірші, життя, чи смерть? Якби не передчуття, що “ми канемо у вічність молодими”, то не було б таким його життя і не такими були б його вірші. Але все ж найнадійніше, що від нього залишилося у світі, – Слово як зматеріалізований біль України: вона мовила його устами, як у минулому столітті – устами Шевченка. Він був оголеним нервом епохи, яка, дай Боже, уже минає. Він відчував її так тонко і гостро, що нащадки ще не раз подивують його пророчому дарові, який прилучає його до вічності:

Ще кілька літ – і увірветься в’язь.
Колючий дріт увійде в сни диточі,
І всі назнаменовання пророчі
Захочуть окошитися на нас”.

Аватара пользователя
Козарлюга
Семьянин форума
Семьянин форума
 
Сообщения: 2754
Зарегистрирован:
Вт янв 25, 2011 00:31

Re: Вечір Стуса організували краєзнавці Дружківки

Сообщение Козарлюга » Чт мар 24, 2011 23:52

Тато молиться Богу,
тужить мама. Сестра
уникає порогу,
хоч вернутись пора.
Уникає — радіє,
повертає — мовчить.
Повечір'я ще тліє,
іще хвіртка рипить,
іще видно дорогу,
іще гусне жура.
Тато молиться Богу
і ридає сестра.

* * *

На Лисій горі догоряє багаття нічне
і листя осіннє на Лисій горі догоряє,
а я вже забув, де та Лиса гора, і не знаю,
чи Лиса гора впізнала б мене.
Середина жовтня, пора надвечір'їв твоїх,
твоїх недовір і невір і осіннього вітру.
І вже половина життя забувається. Гріх
уже забувається. Горе і радість нехитра.
Середина жовтня — твоїх тонкогорлих розлук,
і я вже не знаю, не знаю, не знаю, не знаю
чи я вже помер, чи живу чи живцем помираю,
бо вже відбриніло, відквітло, відгасло, відграло навкруг.
Та досі ще пахнуть тужливі долоні твої,
і губи гіркі аж солоні і досі ще пахнуть,
і Лиса гора проліта — схарапудженим птахом,
і глухо, в набухлих аортах, надсадно гудуть голуби.

* * *

Відлюбилося.
Відвірилося.
Відпраглося.
День врівноважений,
як вичовганий валун.
Поступово перетворюєшся
на власний архів,
дорогий,
мов померлий родич.
Нічний ставок попід соснами,
книги, самота —
більше не зворохоблюють.
Світ — міріадом досяжних мет.
Забаганки — здійсненні.
Простягни руку попереду —
схололими пальцями
відчуєш самого себе.
Спокій,
вичинений.

Аватара пользователя
Козарлюга
Семьянин форума
Семьянин форума
 
Сообщения: 2754
Зарегистрирован:
Вт янв 25, 2011 00:31

Re: Вечір Стуса організували краєзнавці Дружківки

Сообщение Козарлюга » Пт мар 25, 2011 22:11

Василь СТУС

Дозволь мені сьогодні близько шостої,
Коли повечоріє надокола
і транспорт задвигтить в годину пік –
я раптом з туги, з затканого неба,
із забуття, з безмежної розлуки,
од довгої досади захмелілий,
на Брест-Литовський упаду проспект,
на ту Четверту Просіку зчужілу,
де лиш глумливий гуркіт автостради
мені повість, що серця лячне гупання
б'є з рідною землею воднотон.
З мурашника людського, із розлуки
я вирву пам'ять днів перезабутих,
що стали сном і журною явою,
мов рани, геть затягнуті рубцем.
Ти не перечиш, люба, не перечиш?
О, не страхайся: між юрби людської
я пропаду, розтану, загублюся,
щоб ненароком лячний погляд твій
мені ножем у серце не ввігнався.
Тож не жахайся – я пройду, мов тінь...
Торкнусь крилом обпаленим, губами
згорілими – або краєчком уст
твоєї причаститися печалі.
Тож не жахайся: я пройду, мов тінь.
І вже, коли задуманим дівчатком,
що перед цілим світом завинило
дитинячою чистотою погляду
і немічністю владної цноти,
ти вийдеш неквапливо із трамваю
і перейдеш дорогу, щоб пірнути
в надзірних сосон кострубатий смерк, –
тоді пірву я серце за тобою,
обранившись на чагарях колючих,
пильнуючи твій слід, котрий від краю
душі моєї ліг на цілий світ.
Піду в твій слід, мов здичавілий пес,
ховаючи в ступнів твоїх заглибинах
свій сором, острах свій, свою образу,
і радість, і жагу, і лютий біль...
Я буду тільки тінню тіні,
спаду з лиця, із досвіду, із літ,
єдиним серця жилавим листочком
котитимусь під вітром власних бур.
...Ось ґанок наш. Ти вже перед дверима.
Натисла на дзвінок і легко так
Важезну прочинила райську браму.
Озвався син наш. Крикнути б. Але
подати голосу не стало сили.
...Урвався сон. Гойдалась на стіні
вздовж перетнута зашморгом дорога
до мого двору. І колючий дріт,
набряклий ніччю, бігав павуками
по вимерзлій стіні. Глухий плафон
розбовтував баланду ночі. Досвіт
над частоколом висів. Деркучий
дзвінок, мов корок, вибив з пляшки снива
нової днини твань...
...Померти на дорозі повертання
занадто солодко, аби Господь
нам не поклав у долі узголов'я.




(Мордовія, 1976)

Аватара пользователя
Козарлюга
Семьянин форума
Семьянин форума
 
Сообщения: 2754
Зарегистрирован:
Вт янв 25, 2011 00:31

Re: Вечір Стуса організували краєзнавці Дружківки

Сообщение Козарлюга » Вс мар 27, 2011 00:03

На розквітлому лузі
Стежка сміється.
Танцюють волошки
Під вітру спокійний прибій.
Спинися на хвилю
Отут, де красується поле,
Де мріє кульбаба,
Спинись.
На розквітлому лузі.

Аватара пользователя
Козарлюга
Семьянин форума
Семьянин форума
 
Сообщения: 2754
Зарегистрирован:
Вт янв 25, 2011 00:31

Re: Вечір Стуса організували краєзнавці Дружківки

Сообщение Козарлюга » Ср фев 15, 2012 18:21

Донечани готують експедицію до місця ув’язнення Василя Стуса

В одній камері зі Стусом відбував покарання протягом півтора місяця
політв’язень Василь Овсієнко. Він дав згоду бути гідом у цій далекій
подорожі до Пермської області Росії.

Саме там, у Чусовському районі біля села Кучино, у карцері табору для
політв’язнів, обірвалося життя поета-борця. Сталося це у ніч з третього
на четверте вересня 1986 року. Поховали його на цвинтарі у селі Борисов
цього ж району. Поїздку у ті далекі місця ініціював голова Конгресу
української інтелігенції Вінниччини, керівник обласного літературного
об’єднання імені Василя Стуса поет Василь Кобець. Про це він повідомив
під час презентації нової книги про нашого поета-земляка. Вона має назву
«І в смерті з рідним краєм поріднюсь» (Василь Стус і Вінниччина). Участь
у презентації взяв згаданий Василь Овсієнко.
-Я вдячний пану Овсієнку, що дав попередню згоду вирушити з нами у
далеку дорогу, - наголосив Василь Кобець. – Це буде ще однією даниною
шани людині, ім’я якої стало символом незламності духу і великого
таланту. А ще наш Василь, як відомо, був людиною совісті і кришталево
чистої душі.
Точний час такої експедиції поки що не визначено. За словами ініціатора,
після її проведення буде видано ще одну книгу про нашого земляка - Героя
України Василя Стуса.
Більше мільйона книг і віртуальний музей
Нову книгу «І в смерті з рідним краєм поріднюсь» (Василь Стус і
Вінниччина) підготували відома поетеса Ніна Гнатюк разом зі своїм сином,
журналістом Тарасом Ковальським. В об’ємному виданні 528 сторінок. Тут
зібрано окремі вірші, уривки з листв поета, присвячені рідному краю
(Василь Стус народився у селі Рахнівка Гайсинського району 6 січня 1938
року). У книзі багато статей, спогадів про поета, а також поетичні
присвяти йому. Загалом зібрано публікації 95 авторів.
-Знаю, що загальний наклад книг батька і про батька уже перейшов за один
мільйон примірників, - каже син поета 45-річний Дмитро Стус, який також
взяв участь у презентації. – Торік я дізнався про те, що у Франції
вийшла книга. Мені передали один примірник. Ще один, знаю, є у
Французькому культурному центрі в Києві. Плануємо створити в Інтернеті
віртуальний музей батькових творів, розповідей і спогадів про нього.
Принагідно Дмитро згадав про долю музею у Горлівці, у цьому шахтарському
місті Стус працював після закінчення Донецького педагогічного інституту.
Ветеран МВС на прізвище Олег Федоров створив у Горлівці музей Стуса і
утримував його на власну пенсію. Ентузіастові вже виповнилося 75 років.
Не стає сил і коштів надалі утримувати музей. На це він витрачав свою
пенсію. Місцева влада відмовилася взяти експонати на баланс управління
культури, мотивуючи тим, що в бюджеті не передбачено грошей.
Дмитро каже, що його дуже розчулили дзвінки від простих людей. Вони
цікавилися, скільки потрібно коштів на утримання музею, створеного
Федоровим. «Мені повідомили, що Президент розпорядився зберегти музей, -
каже Дмитро. – Але ми все одно створимо в Інтернеті ще й віртуальний
музей батька».
Ще він розповів, що Центр з вивчення творчості Стуса планують відкрити в
Острозькій академії. Дмитро доносить слово батька до людей, він -
літературознавець, кандидат філологічних наук, головний редактор
часопису «Київська Русь», лауреат Національної премії імені Т.Шевченка.

Якщо не можеш вибачити, то хоча б зрозумій
Деякі з батькових уроків Дмитро пам’ятає дотепер. «Як і більшість моїх
ровесників у так званому перехідному віці, бувало, не розумів тата, -
каже Дмитро. – Пам’ятаю, одного разу він дав мені щось прочитати
філософське. Але яка там філософія у сьомому класі?! Нагрюкав на мене. Я
у відповідь почав захищатися, мовляв, я теж людина, а ти кричиш. Тоді
він каже: «Людьми не народжуються. Більшість, на жаль, цього так і не
усвідомила. Запам’ятай, тльки декому вдається стати Людиною».
На все життя зберіг у пам’яті син ще один урок батька.
- Важко згадувати про той епізод, -проджовжує Дмитро. У нас у квартирі
все догори дном, обшук, мама у сльозах, Батька забирають якісь чужі
люди, і вже через це вони враз стали для мене злісними ворогами. А тато
перед тим, як попрощатися з нами, каже: «Сину, вибач цим людям». Я не
міг втямити, що він говорить. А батько продовжив: «Якщо не можеш
вибачити, то хоча б зрозумій їх, вони не винні. Не дивися на світ через
зіниці злості і ненависті, інакше ти ніколи не станеш Людиною».
- Не запусти в душу зненависті! – навів слова поета його побратим Василь
Овсієнко. – За душею треба так само стежити, як за тілом. Їй теж
потрібен душ. Чиста, свята душа – то запорука людського здоров’я, - так
писав Василь Стус.

В автомобілі, яким перевозили тіло поета, прокололи три шини
Поет Володимир Шовкошитний, заступник голови Спілки письменників
України, один з тих, хто брав безпосередню участь у перепохованні Василя
Стуса. Він розповів присутнім, наскільки непросто було це робити.
Спротив був значний. Що на Уралі, що в Києві. Навіть в автомобілі, яким
мали доставити ексгумоване тіло до аеропорту в Пермі, хтось проколов три
шини. «Перед поїздкою до Пермі я заручився підтримкою керівників творчих
спілок, зокрема Спілки письменників і Спілки журналістів, - каже пан
Володимир. – Взяв листи за підписом їхніх керівників. Не тільки в Києві,
а й в Москві. Допомогли друзі, з якими навчався там на Вищих
режисерських курсах. Спершу «кадебісти» у Чусовському районі були
категорично проти ексгумації. Довелося вдатися до шантажу. Перед
чиновником у званні майора поклав на стіл копії привезених листів і
сказав, якщо не дозволять ексгумацію, найближчим часом про це буде
повідомлено у більшість впливових ЗМІ не тільки Союзу, а й за кордоном.
Після цих слів майор попросив зачекати, очевидно, пішов радитися. Довго
його не було. Повернувся приблизно через пів години. Незадоволено
сказав: «Забирайте!..»
Разом з тілом Василя Стуса до Києва привезли ексгумовані тіла ще двох
політв’язнів – Олекси Тихого та Юрія Литвина.
Володимиру Шовкошитному вінничани вручили козацький орден Івана Богуна.
Про те, наскільки замовчуваним було ім’я Василя Стуса, розповів професор
літератури Вінницького державного педагогічного університету імені
Коцюбинського Анатолій Подолинний. «Я майже ровесник Василя, - каже пан
Анатолій. – Навчався на філологічному факультеті нашого університету.
Жодного разу ніхто навіть не згадував прізвище Стуса. Так само було
пізніше. Де б не працював – у школі, у товаристві з охорони пам’яток
культури, в університеті, не мав жодної інформації про таку величну
постать. А він же був нашим земляком! І тільки після горбачовської
перебудови, коли тіло Василя повернули в рідну землю, стало відомо те,
що так надійно замовчувала радянська ідеологічна система».


Довідка
Рівно сорок років тому – 12 січня 1972 - вперше заарештували Василя
Стуса. Після дев’яти місяців утримання у слідчому ізоляторі його
засудили на п’ять років позбавлення волі. Покарання відбував у
мордовських і магаданських таборах. У травні 1980-го – другий арешт.
Перепоховання в Києві на Байковому кладовищі відбулося 18 листопада 1989
року.
Нову книгу «І в смерті з рідним краєм поріднюсь» (Василь Стус і
Вінниччина) видано накладом шість тисяч примірників. З них одну тисячу
профінансували за кошти обласного бюджету, решту – земляки поета з
Гайсинського району та фонд народного депутат України Анатолія Матвієнка
«Україна Інкогніта».

Упорядник нової книги поетеса Ніна Гнатюк, колишній політв'язень, член
Української Гельсінської Групи Василь Овсієнко та ініціатор
перепоховання тіла Стуса, заступник глови Спілки письменників України
Володимир Шовкошитний під час презентації книги у Вінниці

Аватара пользователя
Козарлюга
Семьянин форума
Семьянин форума
 
Сообщения: 2754
Зарегистрирован:
Вт янв 25, 2011 00:31

Re: Вечір Стуса організували краєзнавці Дружківки

Сообщение Козарлюга » Чт июн 14, 2012 23:04

Стус і Ахметов жили поруч, але який слід вони оставили?

http://novosti.dn.ua/details/181377/

След.

Вернуться в Дружківський міський осередок

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1

cron