* МЫ ИСПОВЕДУЕМ ПРИНЦИПЫ ГРАЖДАНСКОГО ОБЩЕСТВА * МЫ ИСПОВЕДУЕМ ПРИНЦИПЫ ГРАЖДАНСКОГО ОБЩЕСТВА * МЫ ИСПОВЕДУЕМ ПРИНЦИПЫ ГРАЖДАНСКОГО ОБЩЕСТВА * МЫ ИСПОВЕДУЕМ ПРИНЦИПЫ ГРАЖДАНСКОГО ОБЩЕСТВА * МЫ ИСПОВЕДУЕМ ПРИНЦИПЫ ГРАЖДАНСКОГО ОБЩЕСТВА    Мы в facebook,
присоединяйся!      Сайт 
газеты

ДИХМ - Ф. Т. КОСТЕНКО В НОВОРОССИЙСКЕ

Модераторы: slc, Краевед, Светлана

Аватара пользователя
Igor_Zatullo
Старожил форума
Старожил форума
 
Сообщения: 161
Зарегистрирован:
Вс дек 23, 2012 18:14
Откуда: Дружковка

ДИХМ - Ф. Т. КОСТЕНКО В НОВОРОССИЙСКЕ

Сообщение Igor_Zatullo » Ср апр 03, 2013 12:49

Т.Я. Долиновская
директор Дружковского историко-художественного музея


НЕКОТОРЫЕ ФАКТЫ
ПОСЛЕДНЕГО ПЕРИОДА ЖИЗНИ И ТВОРЧЕСТВА
НАШЕГО ЗЕМЛЯКА
ФЕДОРА ТИМОФЕЕВИЧА КОСТЕНКО
В НОВОРОССИЙСКЕ


К 25-летию со дня смерти художника

Документы о новороссийском периоде жизни и творчества Ф.Т.Костенко
в коллекции Дружковского историко-художественного музея

Федор Тимофеевич Костенко (08.02.1910, г. Дружковка - 18.05.1987, г. Новороссийск) окончил Киевский художественный институт, живописец, член союза художников Украины. В фондах нашего музея хранятся документы, которые содержат информацию о последнем периоде его жизни и творчества в Новороссийске. Это письма близкого друга Федора Тимофеевича – легендарного матроса, героя «Малой земли» Владимира Никитовича Кайды. 23 письма были написаны с 1972 по 1980 год и адресованы из Новороссийска и Донецка в Дружковку их общему другу жителю нашего города О.С.Чепелю (1912- ) [1]. Олег Сергеевич участник Великой Отечественной войны: он – ст. лейтенант 5-го танкового полка 6-й танковой армии. Награжден орденами Отечественной войны І и ІІ степени, медалями «За оборону Киева», «За взятие Будапешта», «За освобождение Праги», «За взятие Вены», «За победу над Германией» [2]. Незадолго перед смертью О.С.Чепель переехал в Доброполье, где умер и похоронен. Олег Сергеевич долгое время бережно хранил письма Владимира Никитовича у себя, подшивая их в самодельную папочку; а позже передал дружковскому краеведу и журналисту Е.Б.Фиалко, а Евгений Борисович - в музей в 2004 году.
Изображение
В.Н.Кайда и О.С.Чепель в Новоросийске

В 2007 году в коллекцию нашего музея поступило еще одно письмо. Оно было написано братом художника Иваном Тимофеевичем Костенко, после похорон Федора Тимофеевича и было адресовано Алексею Яковлевичу Бондарю в Дружковку, которого близкие друзья называли Леней [3]. Алексей Яковлевич более полувека был руководителем Дружковской изостудии. Он хорошо знал всех выше указанных дружковчан - их связывали теплые дружеские отношения. О.С.Чепеля хорошо знали в Дружковке как самодеятельного артиста и художника.
Изображение
А.Я.Бондарь с сыном Эдиком и Ф.Т.Костенко в Дружковке

Эти источники, а также сведения родственников Федора Тимофеевича, проживающих сегодня в Киеве, дали возможность осветить некоторые факты последнего периода жизни и смерти мастера, отметить отдельные моменты его творческой биографии.

Как Ф.Т. Костенко оказался в Новороссийске

В 1969 году Ф.Т.Костенко исполнилось 59 лет. В это время он коренным образом меняет свою жизнь: переезжает в Новороссийск и живет там почти 18 лет, до смерти – 18 мая 1987 года.
До конца неясны причины, побудившие Федора Тимофеевича сделать такой ответственный шаг. Достоверно можно утверждать, что одна из них – это его неслучайное увлечение военной тематикой. О событиях Великой Отечественной войны художник знает не понаслышке – он сам фронтовик. В первые дни войны Федор Тимофеевич, освобожденный от службы в армии, идет в военкомат и просится на фронт. Воевал на Волховском, Карельском и Третьем Прибалтийском фронтах. На Волховском фронте, после перехода генерала Власова к немцам, попадает в окружение и с горсткой солдат героически пробивается через фронт к своим. Обмороженный, раненый он был направлен в госпиталь. В составе Третьего Прибалтийского фронта участвовал в штурме немецкого города-крепости Кенисберга, здесь в 1945 году он встретил Победу. Ф.Т.Костенко прошел путь от солдата до старшего лейтенанта. Был награжден орденами «Отечественной войны» ІІ степени и двумя – «Красной Звезды»; медалями «За отвагу», «За оборону Ленинграда», «За взятие Кенигсберга», «За Победу над Германией» [4]. Пока Федор Тимофеевич сражался на фронте в оккупированной Дружковке (22.Х.1941 - 06.ІХ.1943 гг.) фашисты расстреляли его родителей - Ульяну Васильевну и Тимофея Матвеевича [5].
После окончания войны, Ф.Т.Костенко был введен в состав студии Советской Армии им. Грекова (г. Москва) и оставили в качестве художника в Кенигсберге. В разрушенном городе на протяжении 1945-1946 годов он сделал множество документальных зарисовок, некоторые из них находятся в коллекции музея. В 1949-1950 годах Федор Тимофеевич, в соавторстве с художниками М.Л.Вольштейном и А.А.Фильбюертом пишет картину «Непокоренные», посвященную молодогвардейцам. Она экспонировалась на республиканской выставке и была включена в экспозицию музея, посвященного «Молодой гвардии» в Краснодоне [6]. В фондах Дружковского музея хранятся натурные зарисовки родственников молодогвардейцев.
Изображение
М.А.Арутюнянц - отец Георгия. 28.12.46 г.

Поэтому вполне понятно, почему события Великой Отечественной войны, её герои, заняли центральное место в творчестве мастера.
Среди друзей Федора Тимофеевича много фронтовиков, в том числе и легендарный матрос В.Н.Кайда (14.09.1920 - 04.03.1984), с которым он познакомился в Дружковке еще до войны. Благодаря своему другу, земляку-дружковчанину Владимиру Никитовичу Кайде, художник заинтересовался подвигами «малоземельцев». Федор Тимофеевич направляется в Новороссийск с намерением собрать материалы для картины. Он знакомится с ветеранами-малоземельцами, собирает фотографии, поднимает исторический материал, делает много этюдов и зарисовок. Результатом станет ряд картин о военных событиях на Малой земле и ее и героях.

Некоторые факты биографии и творчества нашего земляка Федора Тимофеевича Костенко в Новороссийске

Изображение
В.Н.Кайда и Г.Стеценко в Новороссийске. 1971 г.

31декабря 1971 года в Новороссийск приезжает дружковец Григорий Стеценко с целью написать очерк или повесть о легендарном матросе В.Кайде. Владимир Никитович знакомит его с городом, показывает все, что было сделано для увековечения памяти освободителей «Малой земли». Дома они просматривают фотографии и документы; затем едут к художнику Федору Костенко, проживавшего по улице Видова, 192, комната 4.
«Там нас радо зустрів класик живописного портрету, - пишет Г.Стеценко о встрече - показав свої полотна. Кайда з адміралом Володимирським, Кайда з… Одним словом, Кайда – головний герой його художніх полотен. Тут же й інші полотна Костенка. Федір Тимофійович щедро показує мені свої художні твори…»[7]
Затем они едут к бывшему летчику-штурмовику Николаю Савелову – его отец был генералом. У Николая Савелова друзья собираются встречать новый 1972 год. О том, как это было, Г.Стеценко пишет следующее: «Нарешті десь до 22-й годині ночі потрапили до Савелові. Там нас вже чекав Василь Іванович Чернов – зв’язний загону Курнікова, ветеран війни та господар Савелов, занадто нервова людина, герой війни. Радісна зустріч. По дорозі ми дещо купили для столу. А тут теж було багато істинного й питейного. Знайомлюсь. Сідаємо за стіл: Кайда, художник Костенко, Чернов, Савелов і я. Проводжали старий рік, слухали телефільм «Цирк», виступ Підгорного. Знову зняли чарки та проказали тости за рідних і друзів. Випили. Заспівали пісню. Одну, другу, третю. Чи ж є свято без пісні, без чарки, сміху, добрих напущень і поздоровлень? За новорічним столом я дав моїм новим і старим друзям карту-схему чорноморського узбережжя Кавказу й просив поставити свої автографи…Костенко теж написав: «Запомнится на всю жизнь этот новогодний вечер со славными героями «Малой земли», над которыми сейчас работаю (имеются ввиду их портреты), чтобы оставить потомству этих трижды героев своей кистью в 1972 г. 1/1-72 г. Новороссийск. Ф.Т.Костенко». Я тішусь цім історичним автографам героїв. Всі учасники В.В.війни. Всі пережили черт зна що і вийшли живими з вогню і з пащі смерті. А скільки наших побратимів лягло кістьми. Ми згадуємо про них!...згадували свої кошмари. Про це навіть писати страшно. А то ж пережити треба було! І пережили. І перемогли. А зараз ось зібрались на Малій землі, поднімаємо тости за наше героїчне життя, за нашу Вітчизну, за нашу партію Леніна, за друзів бойових і товаришів, яких немає зараз з нами… За любов!...Тут же Костенко признався мені й Кайді, що до нього любовно ставиться одна бібліотекарка і він хоче з’єднати з нею своє сирітське життя. Жінка з Києва й думати про Федора не хоче. Він вже чотири роки живе в Новоросійську одиноким. Треба якось влаштувати своє особисте життя. Радять і мені про це добре подумати, бо 9 березня 1972 року мені стукне 60 років» [8].
Дело в том, что семья Федора Тимофеевича (жена и двое детей – сын Александр и дочь Зоя) остались в Киеве. «Жена – Костенко (Бабакова) Прасковья Ивановна – родилась 15 сентября 1908 г. в крестьянской семье недалеко от Дружковки, в селе Бандышево, в том самом, котором до революции жила семья художника. Семья Бабаковых была зажиточной – у них был большой добротный дом. После революции, во время раскулачивания, дом родителей Прасковьи Ивановны забрали под сельсовет, но Бабаковы не уехали из села, а перешли жить в более скромный домик. Семья была многодетной. Из семи детей – Прасковья Ивановна была пятым ребенком. Её брат Иван был женат на тетке Федора Костенко. Прасковья и Федор дружили с детства. С детства любила рисовать – возможно, поэтому вышла замуж за будущего художника 1 августа 1934 года Федор Тимофеевич и Прасковья Ивановна зарегистрировали свой брак
В молодости Прасковья Ивановна работала швеёй, после рождения детей – всецело посвятила себя их воспитанию. Прасковья была очень поэтичной, часто читала стихи в кругу семьи, тем самым прививала детям любовь к прекрасному. Она мечтала о том, чтобы её дети стали настоящими художниками. Её сын Александр и дочь Зоя с детства росли в творческой атмосфере. Видели, как отец создавал свои картины. Еще не был опубликован роман А.Фадеева «Молодая гвардия», когда Федор Тимофеевич с товарищами привез из Краснодона множество портретов родителей молодогвардейцев. На их глазах Ф.Т.Костенко создавал картину «Непокоренные». Все это запечатлелось в детских душах и оказало влияние на выбор ими профессии – дети пойдут по стопам отца. Они оба будут учиться в Киевском художественном институте. Александр занимался в мастерской народных художников А.А.Шовкуненко и В.Н.Костецкого. После окончания вуза в 1963 году Александр вместе с отцом совершил творческую поездку по Донбассу, во время которой они заехали в Дружковку. С этим городом связаны его детские воспоминания. Здесь жили его бабушки и дедушки. Когда началась война, муж ушел на фронт, Прасковья Ивановна вернулась в Дружковку. Здесь он пошёл в школу. В августе 1946 года Федор Тимофеевич демобилизовался, вернулся в Ворошиловоград, где возобновил творческую деятельность и преподавательскую работу в художественном училище. Вскоре к нему приезжает и его семья. В 1975 году Александр Федорович стал членом Союза художников СССР.
Зоя Федоровна окончила Киевский государственный художественный институт в 1972 году; училась в мастерской народного художника УССР, профессора В.Г. Пузырькова. С 1977 года она тоже – член Союза Художников Украины.
Незадолго до отъезда Федора Тимофеевича в Новороссийск родился его первый внук Костенко Павел Александрович (25.09.1968 года, сегодня он дизайнер – разработчик планеров и яхт). Позже, когда Федр Тимофеевич жил в Новороссийске, родились еще двое внуков: Екатерина Александровна (29.07.1977 г.; сегодня она занимается ландшафтным дизайном) и Елена Валентиновна (14.09.1982 г; она – менеджер компании ДП «Адидас-Украина»). В детстве они очень любили рисовать. Но когда внуки подросли, Федора Тимофеевича рядом не было, а Прасковья Ивановна осталась в Киеве, она нужна была своим детям, занималась воспитанием внуков. Неизвестно, как складывались отношения художника с женщиной, о которой идет речь в письме Г.А. Стеценко, но бесспорным остается тот факт, что еще целых 5 лет Ф. Костенко не разводится со своей женой – официальный развод был оформлен 6 января 1976 года. Возможно, права внучка художника Лена в том, что единственной любимой женщиной Федора Тимофеевича была и осталась Прасковья Ивановна [9].
В начале пребывания в Новороссийске Костенко настроен оптимистично, у него серьезные планы на будущее, много работает, ждет квартиру, активно общается со своим другом В. Кайдой. Вместе они участвуют в официальных мероприятиях. В своем письме от 5 июня 1972 года Владимир Никитович писал: «3-го июня с.г. мы с Федором Тимофеевичем и другими товарищами смотрели фильм:
«Поезд в далекий август»
Это фильм Одесской киностудии рассказывает об обороне Одессы в 1941 г., на съемки фильма в августе прошлого года был приглашении я как участник обороны Одессы. Я в фильме мелькаю в 8-ми кадрах, и в предпоследнем упоминается моя фамилия в числе отличившихся участников обороны» [10]
В конце 1974 года Владимир Кайда оказался в трудной ситуации. Владимир Никитович находится в больнице в Донецке, где перенес сложную операцию 11 ноября 1974 года Кайда пишет письмо своему другу земляку О.С. Чепелю в Дружковку: «16-го октября с.г. в 9 часов утра мне отрезали правую ногу выше колена на четыре пальца… На левой ноге отрезали средний палец с большим углублением в стопу.
Рана на правой ноге уже заживает и через месяц, предполагают, заживет совсем. На месте ампутации среднего почерневшего пальца на левой ноге – гангрена бушует и охватила всю стопу до изгиба. Состоялся консилиум специалистов, и решили 4-го ноября с.г. ампутировать левую ногу на том же уровне, что и правую.
Отрезанную ногу взяли на исследование, где под микроскопом показало, что кровеносные сосуды е имеют просветов, полная закупорка, и что этот процесс длился около 30-ти лет, в следствии ранений, контузий, обморожений, переохлаждений в морских десантах, диабетический полиневрит и добила гангрена, удар неотвратимый, и спасения никакого, единственное, это вовремя перехватить и опередить гангрену, что и было сделано…
Но свершилось чудо! Я ожил и теперь, хоть без ног, но буду жить, чувствую себя хорошо, ежедневно кто-нибудь приходит, приезжает…из Дружковки друзья бывают ежедневно – особенно с Торецкого завода, с метизного были пред. завкома и ветеран – Бочаров, был Толя Коваленко – зав. Музеем Торецкого з-да…»[11]
А в начале этого письма есть такие строки: «… лежу на левом боку и царапаю (имеется ввиду письмо)… И я теперь вспоминаю крылатые слова нашего с тобой доброго друга Ф.Т. Костенко «Владимир Никитович! – народ-барометр! Если народ тебя любит, значит ты настоящий человек!» - а те подонки, подобные Швыдкову, Лаврентьеву (государственные чиновники в Новороссийске) и им подобные – отпадут, как высохшая грязь от колес»! И он прав! Кстати, недавно получил от него письмо, где он сообщает, что весной ему дадут квартиру в Новороссийске, чему я радуюсь, как сам себе! Ты, Олежек, ему черкни пару слов: 353912, г. Новороссийск-12, ул. Видова, №182, кв., Костенко Федору Тимофеевичу. Он будет рад» [12].
В середине 70-х годов в настроение Ф.Т.Костенко наступает перелом. Жизнь неустроенна. Планы в отношении жилья не материализуются, финансовое положение нестабильное – материальную поддержку другу оказывает В.Кайда, сам инвалид войны, без обеих ног. Состояние души и здоровья художника резко ухудшается. В Новороссийске ему очень одиноко - он официально развёлся с женой. Федор Тимофеевич тоскует, он надеется на встречу с детьми. Эта ситуация сильно беспокоит В.Н.Кайду. Почти в каждом своем письме в Дружковку Владимир Никитович сообщает Олегу Сергеевичу Чепелю новости об их общем друге – Ф. Т.Костенко.
12 октября 1977 года он пишет: «У Федора Тимофеевича бываю частенько. Вот и сегодня от него вернулся. Ему просто не везет… Живет там в 13-м ущелье, без удобств. И сказали, что квартиру с удобствами дадут в порядке общей очереди, лет через 10-15. Сейчас в Новороссийск прислали 3 батальона строителей, дело пошло живее. Но для офицеров мобилизованы все жилплощади, где-что можно. На три года отодвинули назад общую очередь на квартиры… С кубрика (имеется ввиду комната) никуда не выходит. В кубрике не топят, холодно, я достал ему теплые носки. Подбрасываю кое что из харчишек. Картину «Трижды коммунисты» он подарил Высшей мореходке, а портрет Холостякова (имеется в виду - портрет вице-адмирала) оценили в 750 рублей, но деньги надо ждать. Четыре картины «Кайда с адмиралом Владимирским» забрали анапчане, но денег не выплатили. Натюрморт «Арбуз» взяли за 200 рублей…» [13].
Из письма от 13 декабря 1977 года: «Недавно был у 1-го секретаря ГК по вопросу жилищно-бытовых условий Федора Тимофеевича. Он попросил изложить все на бумаге и дать ему, что я и сделал, - ждем его мудрого решения. У Федора Тимофеевича 36 м2, но без удобств, это еще с его ногами?
Помогаю, в чем могу. Картину «Трижды коммунисты» он подарил, бесплатно, Высшей мореходке. Самочувствие и моральное его состояние не на высоте. Там его окружают одни алкаши. Ни кому нельзя доверить 3 рубля. Дасы на хлеб, а их пропьют» [14].
Из письма от 1 августа 1978 года: «Федя потихоньку шевелиться, ноги его совсем отказывают, не сгибаются в коленях, мучится, ходить почти не может. Опираясь на палочку, дыбает потихонечку. Стоит на очереди на квартиру, года два как стал, но ждать придется очень долго – лет 8-10. Недавно возил его с Шесхариса на вокзал в парикмахерскую. Все ждет деток в гости. Сделал побелку и покраску в кубрике, а они, клятые, и не едут, и не пишут. – Ну просто, как дети! А он за ними переживает» [15].
28 ноября 1978 года Владимир Никитович пишет: «А если возвращаюсь от Феди с Шесхариса, то совсем разбитый становлюсь. У Феди дела с ногами все хуже и хуже: профессиональное заболевание – не сгибаются ноги в коленях и резко прогрессирует (имеется ввиду болезнь). Когда ни приеду – сидит как кролик в клетке, условия неважнецкие. Даже пройти ему к автобусу, метров 500, и то очень тяжело. Всякий раз читаю ему ижицу: та ты б поехал на курорт, покис в ванной, принял бы процедуры, разнюхал бы как облегчить свои страдания и т.д. Но он сидит и ухом не ведет.
Очередь на квартиру подойдет ему не скоро, т.к. много злых и завистливых людей. А ведь плохое дело сделать далеко легче, чем хорошее» [16].
Из письма 18 декабря 1979 года: «Федор Тимофеевич, наконец-то, за 10 лет, дождался путевки в санаторий – поехал в Хадыженск помокнуть в ваннах. Но у него и дело с коленными суставами – плохо, не гнутся и ходить почти не может. И очередь на квартиру у него далеко» [17].
Из письма от 1 марта 1980 года: «Недавно был у Федора Тимофеевича – бедненький еле-еле передвигает ноги – сильно болят и не сгибаются в коленных суставах. Питается с буфета – сильно похудел, а диабет бьет на зрение. Время проводит у телевизора и радиоприемника. Мне его жаль, что он оказался в таком положении. А тут, как на зло, неважнецки стало с харчишками. Инвалидам войны дают 3 раза в м-ц мясо, ноон своевременно не оформил инвалидность, и в списки его не включают. Стал я в горкоме проворачивать насчет улучшения жилищных условий Ф.Т., но эта сволочь, мордвиненок – Чурилин, все дело поломал, заявил мне: «Я ненавижу хохлов!» Вот тебе и черная благодарность за то, что Ф.Т. портрет его написал» [18]. Равнодушие чиновников «достало» даже В.Кайду и в одном из своих писем (от 27.03.77 г.) он напишет следующее: «Если немцы нас не добили, так родина подавит нас инфарктами!» [19].
А в письме от 1 марта 1980 года Владимир Никитович пишет: Диабет проклятый, чтобы он напал на Чурилина, Косенка и Семянистого (чиновники, с которыми приходилось сталкиваться В.Н.Кайде по разным вопросам, в том числе и по вопросу издания его книги «Атакует морская пехота») – этих черных завистников, которые о т зависти бесятся до неистовства. И далее в том же письме: «А я накажу их по всей строгости закона. Мне помогают в этом деле: писатели – И.Г.Лазутин, Г.В.Соколов, Сергей Львов, Герой Советского Союза Вице-адмирал Холостяков, полковники: Пиреев, Семиохин и другие – все они живут в Москве и Краснодаре.
А суд будет интересный: кляузники с большими погонами на плечах, с низко повешенными лысыми головами, будут отвечать на вопросы судьи, и слушать приговор. Сейчас они уже «пляшут» - бегают в горком, ищут защиты. Но весь народ за меня: Вовка, не прощай скорпионам!» [20].
В 1984 году В.Н.Кайда, верный друг и защитник Федора Тимофеевич, который поддерживал его в трудные минуты, ушел из жизни. В альбоме Дружковской изостудии есть фотография. На фото запечатлен Бондарь Алексей Яковлевич, руководитель студии, Ф.Т.Костенко и женщина. На оборотной стороне сделана надпись: «1984, г. Новороссийск». Вероятнее всего, эта поездка Алексея Яковлевича в Новороссийск была связана с похоронами Владимира Никитовича, а женщина на фотографии – жена их общего друга – земляка В.Н.Кайды - Ольга Яковлевна [21].

Обстоятельства смерти и похороны ф.Т. Костенко

Ф.Т.Костенко пережил своего друга на три года. Умер Федор Тимофеевич 18 мая 1987 года. Жена В.Кайды дала телеграммы Ивану Федоровичу Костенко, брату покойного, в Ленинград и детям художника в Киев. Обстоятельства смерти Федора Тимофеевича описал брат художника в своем письме к Алексею Яковлевичу Бондарю, которого близкие друзья называют Лёней, так: «Дело в том, что мой брат, Федя, скоропостижно скончался. Он себя плохо почувствовал, вызвал врача, осмотрели его и предложили лечь в больницу, это было в пятницу. Он, конечно, отказался. В субботу к нему заходили, и он сказал, что чувствует нормально, если плохо будет, то в понедельник отправится в больницу. Вечером к нему пришли, а он лежит мертвый, к нему заходила одна женщина, которая его обслуживала и имела ключ от квартиры. Если бы был кто-нибудь, то возможно было бы спасти, хотя бы отодвинуть (кончину), побороться с этой смертью, сделать укол, а у него был сердечный приступ, хотя он на сердце никогда не жаловался. При вскрытии был поставлен диагноз – ишемическая болезнь сердца» [22].
Первым приехал брат, и ему пришлось взять на себя основную часть забот о похоронах. Сами похороны Иван Тимофеевич описывает так: «Похоронил я его с военными почестями, как участника войны, чл. КПСС и награжденного двумя орденами и четырьмя медалями, - это видно по фотографии. Был траурный митинг памяти, салют, оркестр военный, выступил я и Шурик – сын» [23].
На похороны Прасковья Ивановна, жена художника, не приезжала – на тот момент ей исполнилось 79 лет. Она умерла 31 марта 2003 года в возрасте 94 года и похоронена в Киеве [24].
Изображение
Костенко Иван Тимофеевич (брат художника) с женой и 3-мя дочерьми (1988 год)

Поскриптум

В 1961 году Ф.Т.Костенко в письме к Алексею Яковлевичу Федор Тимофеевич благодарит своих дружковских друзей за то, что в Дружковке «ознаменовали» его юбилей – ему исполнилось 50. В этом же письме художник обозначил истину, которая стала для него пророческой: «Да Лёня, много прожито, но очень мало сделано. Проклятая жизнь так складывается, что ничего не поделаешь» [25]. В этих словах звучит разочарование, горечь и обида честного человека и профессионального художника, который так хотел и так старался верно служить Родине и быть полезным своему народу, но не смог приспособится к запросам и возможностям непростой эпохи, свидетелем, участником и хроникером которой он был. Художник разделил участь многих своих сотоварищей «по цеху» - на финале жизни его ждало непонимание и равнодушие окружающих, одиночество и забвение.

Примечания

1.Письма Кайды Владимира Никитовича (Донецк и Новороссийск) Чепелю Олегу Сергеевичу (Дружковка) - КП - 658 - 680; ПС – 208 - 230.
2.Материалы экспозиции Дружковского историко-художественного музея.
3.Письмо Костенко Ивана Тимофеевича (Ленинград - 01.06.87) Бондарю Леониду (т.е. Алексею, которого близкие друзья называли Леней) Яковлевичу (Дружковка - 06.06.87) – КП -1517, ПС-3.
4.Словарь
5.Родственники
6.Родственники
7.Вікна мого буття. «Дневник» Григория Афанасьевича Стеценко. – жирнал «Неизвестная Дружковка», г.Дружковка, 1998, № 1 - С.30.
8.Вікна мого буття. «Дневник» Григория Афанасьевича Стеценко. – жирнал «Неизвестная Дружковка», г.Дружковка, 1998, № 1 - С.30.
9.Родственники
10.Письмо Кайды Владимира Никитовича (Новороссийск) Чепелю Олегу Сергеевичу (Дружковка), 5 июня 1972 года - КП - 658; ПС – 208.
11.Письмо Кайды Владимира Никитовича (Донецкак) Чепелю Олегу Сергеевичу (Дружковка), 11 ноября 1974 - КП -664; ПС –214.
12.Письмо Кайды Владимира Никитовича (Донецкак) Чепелю Олегу Сергеевичу (Дружковка), 11 ноября 1974 - КП -664; ПС – 214.
13.Письмо Кайды Владимира Никитовича (Новороссийск) Чепелю Олегу Сергеевичу (Дружковка), 12 октября 1977 года - КП - 674; ПС – 224.
14.Письмо Кайды Владимира Никитовича (Новороссийск) Чепелю Олегу Сергеевичу (ДружковкА), 13 декабря 1977 года - КП - 675; ПС – 225.
15.Письмо Кайды Владимира Никитовича (Новороссийск) Чепелю Олегу Сергеевичу (Дружковка), 1 августа 1978 года - КП - 676; ПС - 226.
16.Письмо Кайды Владимира Никитовича (Новороссийск) Чепелю Олегу Сергеевичу (Дружковка), 28 ноября 1978 года - КП - 677; ПС – 227.
17.Письмо Кайды Владимира Никитовича (Новороссийск) Чепелю Олегу Сергеевичу (Дружковка), 18 декабря 1979 года - КП - 678; ПС – 228.
18.Письмо Кайды Владимира Никитовича (Новороссийск) Чепелю Олегу Сергеевичу (Дружковка), 1 марта 1980 года - КП - 679; ПС – 229.
19.Письмо Кайды Владимира Никитовича (Новороссийск) Чепелю Олегу Сергеевичу (Дружковка), 27.03.77 г. – КП - ПС –
20.Письмо Кайды Владимира Никитовича (Новороссийск) Чепелю Олегу Сергеевичу (Дружковка), 1 марта 1980 года - КП - 679; ПС – 229.
21.Альбом изостудии
22.Письмо Костенко И.Т. из Ленинграда (01.06.87) Леониду (т.е. Алексею, которого близкие друзья называли Леней) Яковлевичу Бондарю в Дружковку от 06.06.87 – КП -1517, ПС-3.
23.Письмо Костенко Ивана Тимофеевич (Ленинград - 01.06.87) Бондарю Леониду (т.е. Алексею, которого близкие друзья называли Леней) Яковлевичу (Дружковка), 06.06.87 – КП -1517, ПС-3.
24.Родственники
25.Письмо Ф.Т.Костенко Алексею Яковлевичу Бондарю в Дружковку
https://www.facebook.com/dru.museum/ - ДИХМ в Facebook
http://dihm.pp.ua/ - сайт о истории Дружковки
https://twitter.com/DruzhkovkaMuzey - ДИХМ в Twitter
https://ok.ru/profile/558442665820 - музей в Одноклассниках

Вернуться в Дружківський міський осередок

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 2